Пошлые стихи про любовь

Пой же, пой. На проклятой гитаре…

Пой же, пой. На проклятой гитареПальцы пляшут твои в полукруг.Захлебнуться бы в этом угаре,Мой последний, единственный друг.Не гляди на ее запястьяИ с плечей ее льющийся шелк.Я искал в этой женщине счастья,А нечаянно гибель нашел.Я не знал, что любовь — зараза,Я не знал, что любовь — чума.Подошла и прищуренным глазомХулигана свела с ума.Пой, мой друг. Навевай мне сноваНашу прежнюю буйную рань.Пусть целует она другова,Молодая красивая дрянь.Ах постой. Я ее не ругаю.Ах, постой. Я ее не кляну.Дай тебе про себя я сыграюПод басовую эту струну.Льется дней моих розовый купол.В сердце снов золотых сума.Много девушек я перещупал,Много женщин в углах прижимал.Да! есть горькая правда земли,Подсмотрел я ребяческим оком:Лижут в очередь кобелиИстекающую суку соком.Так чего ж мне ее ревновать.Так чего ж мне болеть такому.Наша жизнь — простыня да кровать.Наша жизнь — поцелуй да в омут.Пой же, пой! В роковом размахеЭтих рук роковая беда.Только знаешь, пошли их на х*йНе умру я, мой друг, никогда.

Сыпь, гармоника. Скука… Скука…

Сыпь, гармоника. Скука… Скука…Гармонист пальцы льет волной.Пей со мною, паршивая сука,Пей со мной.Излюбили тебя, измызгали —Невтерпеж.Что ж ты смотришь так синими брызгами?Иль в морду хошь?В огород бы тебя на чучело,Пугать ворон.До печенок меня замучилаСо всех сторон.Сыпь, гармоника. Сыпь, моя частая.Пей, выдра, пей.Мне бы лучше вон ту, сисястую, —Она глупей.Я средь женщин тебя не первую…Немало вас,Но с такой вот, как ты, со стервоюЛишь в первый раз.Чем вольнее, тем звонче,То здесь, то там.Я с собой не покончу,Иди к чертям.К вашей своре собачьейПора простыть.Дорогая, я плачу,Прости… прости…

Сорокоуст (А. Мариенгофу)

Трубит, трубит погибельный рог!Как же быть, как же быть теперь намНа измызганных ляжках дорог?Вы, любители песенных блох,Не хотите ль пососать у мерина?Полно кротостью мордищ праздниться,Любо ль, не любо ль, знай бери.Хорошо, когда сумерки дразнятсяИ всыпают вам в толстые задницыОкровавленный веник зари.Скоро заморозь известью выбелитТот поселок и эти луга.Никуда вам не скрыться от гибели,Никуда не уйти от врага.Вот он, вот он с железным брюхом,Тянет к глоткам равнин пятерню,Водит старая мельница ухом,Навострив мукомольный нюх.И дворовый молчальник бык,Что весь мозг свой на телок пролил,Вытирая о прясло язык,Почуял беду над полем.2Ах, не с того ли за селомТак плачет жалостно гармоника:Таля-ля-ля, тили-ли-гомВисит над белым подоконником.И желтый ветер осенницыНе потому ль, синь рябью тронув,Как будто бы с коней скребницей,Очесывает листья с кленов.Идет, идет он, страшный вестник,Пятой громоздкой чащи ломит.И все сильней тоскуют песниПод лягушиный писк в соломе.О, электрический восход,Ремней и труб глухая хватка,Се изб древенчатый животТрясет стальная лихорадка!3Видели ли вы,Как бежит по степям,В туманах озерных кроясь,Железной ноздрей храпя,На лапах чугунных поезд?А за нимПо большой траве,Как на празднике отчаянных гонок,Тонкие ноги закидывая к голове,Скачет красногривый жеребенок?Милый, милый, смешной дуралей,Ну куда он, куда он гонится?Неужель он не знает, что живых конейПобедила стальная конница?Неужель он не знает, что в полях бессиянныхТой поры не вернет его бег,Когда пару красивых степных россиянокОтдавал за коня печенег?По-иному судьба на торгах перекрасилаНаш разбуженный скрежетом плес,И за тысчи пудов конской кожи и мясаПокупают теперь паровоз.4Черт бы взял тебя, скверный гость!Наша песня с тобой не сживется.Жаль, что в детстве тебя не пришлосьУтопить, как ведро в колодце.Хорошо им стоять и смотреть,Красить рты в жестяных поцелуях,—Только мне, как псаломщику, петьНад родимой страной “аллилуйя”.Оттого-то в сентябрьскую скленьНа сухой и холодный суглинок,Головой размозжась о плетень,Облилась кровью ягод рябина.Оттого-то вросла тужильВ переборы тальянки звонкой.И соломой пропахший мужикЗахлебнулся лихой самогонкой.

Осип Мандельштам


У Осипа Мандельштама не было собственных детей, однако это не помешало ему написать несколько стихотворений для маленьких читателей. Его «взрослые» стихи не печатали, а за стихотворения для детей хорошо платили. Детские стихи Мандельштам написал в 1925–1926 годах в Петербурге.

Его жена Надежда Мандельштам вспоминала: «Из своих книг он любил именно так сочинявшиеся: «Примус» и «Кухню»… Там коротенькие стишки вроде поговорочек, присказок. Жарится яичница — стишок. Забыл закрыть кран на кухне — стишок… Сварили кисель — опять событие и повод для стишка. Они и получились живые и смешные».

Одно из самых известных стихотворений поэта — «Два трамвая». Это история о том, как трамвай Трам искал своего заблудившегося двоюродного брата Клика.


Долгое время Мандельштам был запрещенным автором, но в 1956 году его посмертно реабилитировали — сегодня все детские стихи поэта издали.

Дельвигу (Друг Дельвиг, мой парнасский брат)

Друг Дельвиг, мой парнасский брат,Твоей я прозой был утешен,Но признаюсь, барон, я грешен:Стихам я больше был бы рад.Ты знаешь сам: в минувши годыЯ на брегу парнасских водЛюбил марать поэмы, оды,И даже зрел меня народНа кукольном театре моды.Бывало, что ни напишу,Все для иных не Русью пахнет;Об чем цензуру ни прошу,Ото всего Тимковский ахнет.Теперь едва, едва дышу!От воздержанья муза чахнет,И редко, редко с ней грешу.К неверной славе я хладею;И по привычке лишь однойЛениво волочусь за нею,Как муж за гордою женой.Я позабыл ее обеты,Одна свобода мой кумир,Но все люблю, мои поэты,Счастливый голос ваших лир.Так точно, позабыв сегодняПроказы младости своей,Глядит с улыбкой ваша сводняНа шашни молодых «бл*дей».

Даниил Хармс

В детскую литературу член литературного Объединения реального искусства — ОБЭРИУ — Даниил Хармс попал благодаря Самуилу Маршаку. В 1920-х годах Маршак стал редактором детского журнала «Новый Робинзон» и главой детской редакции Детиздата; в свою команду он позвал Даниила Хармса и других обэриутов.


Его произведения публиковались в журналах «Ёж», «Чиж», «Сверчок» и «Октябрята». Среди детских книжек Хармса — «Озорная пробка», «О том, как Колька Панкин летал в Бразилию, а Петька Ершов ничему не верил», «Во-первых и во-вторых». Хармс не только писал детские стихи, но и выступал с ними в пионерских лагерях, а также переводил произведения для детей иностранных авторов.

Саша Чёрный

Поэт Саша Чёрный получил известность как автор сатирических фельетонов. Он печатался в «Альманахе» и «Современнике», «Сатириконе» и «Современном мире». Первый детский сборник вышел за границей, в эмиграции: с 1920 года Саша Чёрный жил в Европе. Там он создал «Детский остров». В письме к Александру Куприну поэт говорил: «Хотелось бы все-таки для детей еще что-нибудь состряпать: они тут совсем отвыкают от русского языка, детских книг мало, а для них писать еще и можно и нужно…»


Саша Чёрный много писал для детей и издавал детские произведения других авторов: Василия Жуковского, Ивана Тургенева, Антона Чехова. В период эмиграции он издал сказку в стихах «Сон профессора Патрашкина», переводил немецкие сказки, переиздавал свои более ранние книги.

Мария Моравская

Мария Моравская писала стихи, прозу и критические статьи, переводила произведения польских, финских, чешских авторов на русский язык. Сегодня ее имя известно не так широко, но в начале XX века Моравская посещала литературные среды Вячеслава Иванова, состояла в «Цехе поэтов» Николая Гумилева, была завсегдатаем «Бродячей собаки». Она печаталась в «Аполлоне», «Современном мире», «Русской мысли». Писала Моравская и для детей — в журналах «Тропинка» и «Галчонок» ее стихи печатались под псевдонимом «Рики-Тики». В 1914 году вышел детский сборник «Апельсинные корки» — поэтесса посвятила его младшим братьям и сестрам. Одно из стихотворений из этого сборника взял для «Азбуки в картинках» художник Александр Бенуа.


С этим читают